Написать сообщение

Новости

Сегодня

ВНИМАНИЕ: РОЗЫСК!

21 Марта 2019

МЕСЯЧНИК ЧИСТОТЫ И САНИТАРНОГО ПОРЯДКА

21 Марта 2019

ОБУЧЕНИЕ ГРАЖДАН ПРЕДПЕНСИОННОГО ВОЗРАСТА

21 Марта 2019

«ШКОЛЬНЫЕ КАНИКУЛЫ»

21 Марта 2019

Всемирный день поэзии

21 марта отмечается Всемирный день поэзии.Первый Всемирный день поэзии прошел в Париже, где находится штаб-квартира ЮНЕСКО.Поэзия объединяет страны, народы, культуры и помогает людям понять друг друга. На протяжении веков мысли и чувства, облеченные в поэтическую форму, проникают в сердца людей, напоминая, что мы все одна большая семья и что мы, такие разные, на самом деле очень похожи друг на друга.
Предлагаем вашему вниманию стихотворение нашего земляка, члена Союза литераторов Курской области Алексея Гусева "Дед Григорий".
21 Марта 2019

Где проконсультироваться о подключении цифрового телевидения

19 Марта 2019

Месячник чистоты и санитарного порядка

18 Марта 2019

Тонкий лед

18 Марта 2019

Служба "112"

14 Марта 2019

Прием граждан


«В первый раз конфету попробовал после войны»

Ветераны Уколовы Николай Иванович и Нина Владимировна - одна из многих пристенских семей,  чья жизнь и судьба, словно зеркальное отражение  очень непростого периода страны Советов прошлого века, 54 года назад  стали семейной  четой. Но даже в самые счастливые минуты  ни   Николая Ивановича, ни  его супругу Нину Владимировну так и не покинули тягостные  воспоминания о нелёгкой крестьянской жизни тридцатых годов и ещё более страшном испытании - Великой Отечественной  войне.

Большая семья

Маленький Коля с  ватагой деревенских ребят беззаботно мчался по деревенскому выгону. И даже разросшиеся среди разнотравья колючки совершенно не мешали босоногому мальчугану чувствовать себя абсолютно счастливым.  В их семье 9 сестер и братьев, для всех, кроме самых младших, всегда есть работа. В больших крестьянских семьях никто не сидит без дела. Поэтому, когда старшим детям сегодня позволено было идти гулять, Коля слегка насторожился, но  предвкушение свободы, да еще и на целый день быстро разогнали все сомнения. Мальчуган с упоением бороздил луг,  успевая  на ходу жевать  дикий чеснок, чабрец и ещё всякую всячину, известную каждому деревенскому мальчишке. Чувство голода притуплялось, и ребята вновь неслись по краю луга.

Вечером, входя в сени, у подростка как-то не по-детски заныло в груди.  Увидев мать, рыдающую у образов в «красном углу», Коля было кинулся к ней, но его остановил старший брат: «Сегодня забрали наших коров, лошадь, всю живность, даже кур не оставили, говорят, в колхоз. Ты, Колька, не трогай мать,  кормить ей нас теперь нечем, пусть успокоится».

Только не было  в их семье больше покоя. Семья из одиннадцати душ голодала. Чтобы спасти детей, родители стали  раздавать их по людям, как тогда говорили - «в няньки». В доме уже не было шумно и весело по вечерам. Семья таяла на глазах.

В скором времени к отцу,  «знающему грамоту», пришли явно не деревенские люди и предложили стать  председателем сельсовета. Быть председателем власти,  разрушевшей жизнь его семьи, отец отказался. Пренебрежения ему не простили — вначале арестовали, затем расстреляли.  Детство Коли и ещё восьми его братьев и сестер закончилось...

Другая жизнь

Несколько лет прожил он в чужой семье. Нет, его не обижали, но работал он исправно. К десяти годам ловко, не хуже  зрелой женщины, таскал воду на коромысле, пас скот, изнывая то  от жары, то от промозглой сырости, зимой добывал хворост в лесу, по пояс проваливаясь в снегу,  и всегда нестерпимо хоть одним глазком хотел  посмотреть на отчий дом.

Однажды Коля сбежал. Ноги сами привели в родное село.  В доме, где он был и  сыном, и братом, теперь располагался сельсовет, что это,  Коля толком не знал. Побоявшись войти, он молча стоял поодаль. Оклик незнакомого мужчины: «Колька, ты что ли?!» застал его врасплох. Но, окликнувший и не ждал ответа: «Давай сюда, быстро!» Мужчина пошире распахнул дверь, давая пройти грязному и уставшему мальчику. Председатель сельсовета поселил Колю на печке за ширмой, подкармливал картошкой да огурцами, да всё приговаривал: «Не горюй, Колька! Что делать-то умеешь?» А когда выяснил, что подросток  мастер на все руки, стал искать ему работу. Во время одного из визитов  в деревню  офицеров милиции из района, председатель упомянул о  парне: «С лошадьми управляется как взрослый».  Так юный Николай  попал  в  недавно образованное  на территории района отделение НКВД. Определили парня ухаживать за животными, поскольку при каждом отделении тогда существовал специальный  конный резерв. Понемногу пообвыкнув, парень стал лихо управляться с упряжью, с норовистыми лошадьми. Сотрудники местной милиции охотно брали его с собой в рейды.  Казалось, жизнь начинает налаживаться... 

Грянула война

С первых дней Великой Отечественной войны Коля вновь оказался в водовороте событий. Четырнадцатилетний подросток уже не считал себя ребёнком, но в такие суровые времена опорой любому человеку становится семья, её у Николая не было. Поэтому, когда под руководством старшего лейтенанта милиции Владимира Николаевича Попова на территории Пристенского района из  числа местных жителей стали формироваться истребительные  батальоны, а  из числа местных подростков истребительные отряды, то Николай записался к новобранцам. Подростки более мобильны, не вызывают подозрений, а потому Коле не раз удавалось оказать помощь  офицерам в задержании провокаторов, мародёров. Задачи были разные,  иногда и ночью приходилось в разведку ходить.

В ту пору дети  становились взрослыми быстро.  У войны свои суровые правила, для детей в них нет исключений. Да и не было тогда возможности спрятать от детских глаз бомбёжки, пожары, убитых и раненых. Всё, как в страшном калейдоскопе,  мелькало и перед Колиными глазами.

«Однажды, проезжая просёлочной дорогой, - вспоминает Николай Иванович, - мы заметили двоих красноармейцев. Офицеру они показались подозрительными - у одного и другого были перевязаны левые руки. Солдат задержали, привели в деревню, допросили.  Один из них, вымаливая прощение признался,  что они, боясь предстоящего боя,  ранили себя сами. Стреляли через хлеб, а потому  пулевые ранения были без ожогов. Приговор «самострелам»,  по законам военного времени,  зачитали сразу.  Вывели на улицу и как изменников Родины расстреляли перед отрядом красноармейцев».  Место захоронения этих горемычных Николай запомнил на всю жизнь.

Постепенно война с фашистами отступала. Но на Востоке активизировались японцы.  Николай попал в число 20-ти тысяч парней, которых мобилизовали для подготовки в учебным корпусе под Рязанью. Распределили новобранцев по землянкам и обучали  военной науке шесть месяцев. Николай  попал в пулемётную роту, стал командиром отделения и добросовестно осваивал премудрости военного дела.

Настал день, когда их дивизию подняли по тревоге, погрузили в вагоны и везли несколько дней.

- Место назначения нам не объявляли, но мы были уверены, что едем воевать с «самураями»,-  вспоминает ветеран. -  После многодневного пути, наконец, остановились, всем хотелось  выйти из вагонов, но получили приказ: «оставаться на местах». Наконец, утром  дивизию построили, и мы первый раз увидели своего генерала на белом коне. Конечно, мы ждали напутствия перед боем. И вдруг  услышали: «Дорогие мои солдатики, сегодня вы выиграли войну. Японцы, увидевшие, какое многочисленное пришло пополнение, капитулировали-и-и...  Всё! Конец смертям, конец войне!»

Дивизию расформировали. Николая призвали служить в армию. Попал он в Кантемировскую дивизию под Нарофоминском на пост по охране авиационного бензина. Затем возил командира. Много чего случилось за семь лет солдатской службы, а ветеран и сегодня вспоминает, что в армии в первый раз съел конфету...

Жить дальше

В 1952 году Николай демобилизовался. За плечами - война, армия. Но мирная жизнь тоже не обещала быть безоблачной. Долго солдату  пришлось искать работу, надеяться было не на кого. В поисках заработка  приходилось ему и походить пешком, и  поездить на крышах вагонов, денег-то не было,  а в качестве пассажира хоть и был он в солдатской форме, но в вагон без билета не пускали. Как бы там ни было, но Николай всё же нашёл своё место в жизни — поступил на работу в депо станции Белгород, затем женился на замечательной девушке Нине. Стал работать на станции Ржава.  Вместе с супругой  построили дом.

Ни о чём ветеран сегодня не жалеет. Единственной, но нестерпимой болью для Николая Ивановича и его супруги Нины Владимировны становится, когда  послевоенное поколение  пытается исказить события прошлого.  Поэтому, спустя 68 лет после Великой победы ветеран откровенно и без затей  вёл свой рассказ о себе, о тех, кто был рядом, о времени, в котором жил.

Т. Доценко

Фото автора